О. Сергий Булгаков (Сергей Николаевич Булгаков) родился 16 (28) июля 1871 в городе Ливны Орловской губернии в семье сельского священника.
Окончил Ливенское духовное училище (1884),
1884-1888 гг. - учился в Орловской Духовной семинарии
В 1888 году, потеряв веру, совершил попытку самоубийства. Перешёл в 7-й класс Елецкой классической гимназии (среди учителей — В. В. Розанов).
В юности увлекался марксизмом, встречался с Карлом Каутским, Августом Бебелем, Виктором Адлером, Георгием Плехановым. В 90-е годы XIX века — представитель легального марксизма.
В 1894 году окончил юридический факультет Московского университета, оставлен по рекомендации профессора А. И. Чупрова при кафедре политической экономии статистики для подготовки к профессорскому званию. Начал преподавать политическую экономию в Императорском Московском техническом училище (1895).
В 1898 году женился на Елене Ивановне Токмаковой — дочери владельца усадьбы Олеиз в Крыму, И. Ф. Токмакова. Получив стипендию для двухлетней стажировки на Западе, выехал с ней в Германию, где проверял результаты своих исследований в личном общении с представителями германской социал-демократии; результатом его научных изысканий стала двухтомная работа "Капитализм и земледелие" (1900). Диссертация, первоначально предполагавшаяся к защите как докторская, не получила наивысшей оценки Учёного совета Московского университета и была защищена как магистерская.
В начале 1901 года переехал в Киев, назначен экстраординарным профессором Киевского политехнического института и приват-доцентом Киевского университета Святого Владимира.
На рубеже XIX—XX веков разочаровался в марксизме, поскольку счёл его неспособным ответить на глубинные религиозные запросы человеческой личности и коренным образом изменить её. Он возвратился к христианству зрелым человеком, пройдя искушение иными возможностями спасения.
Под влиянием философии Канта возвратился к идеализму и осознанию исторической роли ценностей добра и красоты. Поэтому философия Владимира Соловьёва, делающая жизненное начало христианства организующим принципом общественного творчества, стала для Булгакова последним словом мировой философской мысли, её высшим синтезом. Отдельные этапы философского развития Булгакова представлены в виде 10 статей его сборника "От марксизма к идеализму" (СПб., 1903).
С 1904 года — один из создателей и член Совета Союза освобождения.
В 1905 году пытался создать "Союз христианской политики", сотрудничал с Христианским братством борьбы.
В 1906 году редактор киевской газеты "Народ". После её закрытия вернулся из Киева в Москву.
Преподавал в Московском университете (приват-доцент по кафедре политической экономии и статистики юридического факультета
1906-1918 гг. - профессор Московского коммерческого института пока в 1918 году большевики не исключили его из преподавательского состава.
1906 г. - избран депутатом II Государственной думы от Орловской губернии как беспартийный "христианский социалист".
С 1905 года председатель и 1907 года член совета Московского религиозно-философского общества памяти Вл. Соловьёва.
В 1911 году покинул университет в числе большой группы либерально настроенных университетских преподавателей в знак протеста против политики Министра народного просвещения Л. А. Кассо
Последующие годы — период наибольшей общественной и публицистической активности философа. Участвует во множестве начинаний, знаменующих собой религиозно-философское возрождение в журнале "Новый путь" и "Вопросы жизни", сборнике "Вопросы религии", "О Владимире Соловьёве", "О религии Льва Толстого", "Проблемы идеализма" (1902), "Вехи" (1909), в работе "Религия философского общества памяти Владимира Соловьёва" и книгоиздательства "Путь", где в 1911—1917 годах выходили в свет важнейшие произведения русской религиозной мысли. В творчестве его в этот период совершается переход от лекций и статей на темы религии и культуры (важнейшие из них были им собраны в двухтомник "Два града", 1911) к оригинальным философским разработкам.
В 1911 году был избран товарищем председателя Общества имени А. И. Чупрова для разработки общественных наук, член Комиссии по церковному праву при Московском юридическом обществе.
С 1912 года статский советник.
В 1913 году защитил в Московском университете докторскую диссертацию по политической экономии "Философия хозяйства", в которой рассматривал христианство как универсальный процесс, субъектом которого является София — мировая душа, творящая природа, идеальное человечество. Избран ординарным профессором политической экономии Московского университета.
В 1917 году делегат Всероссийского съезда духовенства и мирян, член Всероссийского Поместного Собора Православной Российской Церкви, участвовал в 1-2-й сессиях, член Религиозно-просветительного совещания при Соборном совете, Комиссии по ознакомлению с финансовым положением Собора и VI, VII, IX, XX отделов, автор Патриаршего послания о вступлении на престол. С декабря 1917 года член Высшего Церковного Совета.
В июне 1918 года рукоположён во диакона, а затем и в священника. Восприняв безусловно отрицательно Октябрьскую революцию, откликнулся на неё диалогами "На пиру богов", написанными в стиле и духе "Трёх разговоров" Владимира Соловьёва; диалоги вошли в коллективный сборник "Из глубины" (1918; 2-е изд. — М., 1991).
В июле 1918 года покинул Москву, уехав сначала в Киев, а затем в Крым, в Кореиз, где находилась жена и дети (Мария, Фёдор, Сергей). В 1919—1920 годах член Таврического епархиального собора в Симферополе, профессор политической экономии и богословия Таврического университета в Симферополе. В написанных тогда сочинениях "Философия имени" (1920, изд. 1953) и "Трагедия философии" (1920, изд. в нём. пер. 1928) он подверг пересмотру свой взгляд на соотношение философии и догматики христианства, придя к выводу о том, что христианское умозрение способно выразиться без искажений исключительно в форме догматического богословия. Уволен из университета после прихода в Крым большевиков.
С 1921 года протоиерей, помощник настоятеля собора святого Александра Невского в Ялте. В сентябре 1922 года был арестован красными по обвинению в политической неблагонадёжности.
В 1922 году был включён в составленные ГПУ по инициативе В. И. Ленина списки деятелей науки и культуры, подлежащих высылке за рубеж. 30 декабря 1922 года был выслан в Константинополь в составе так называемого "философского парохода" без права возвращения в РСФСР. После недолгого пребывания в Константинополе прибыл в Прагу (Чехословакия). В мае 1923 года, по благословению митрополита Евлогия, служил в пражском Свято-Николаевском соборе и занял должность профессора по кафедре церковного права и богословия на юридическом факультете Русского научного института.
Уделял большое внимание духовному руководству русской молодёжью и участию в экуменическом движении. Основатель и руководитель созданного по благословению Патриарха Тихона Братства св. Софии[8], организатор и участник съездов Русского студенческого христианского движения. Он участвовал в его зарождении, в первых съездах РСХД в Пршерове (Чехословакия) и Аржероне (Франция) и продолжал постоянно его курировать, оставаясь для членов Движения наставником и авторитетом.
В июле 1925 года переехал в Париж, член Комитета по сооружению Сергиевского подворья, помощник его наместника. При его активном участии возник и был успешно осуществлён проект создания Православного богословского института, в котором работал до своей кончины: профессор кафедры догматического богословия (1925), инспектор (1931), декан (1940). Доктор церковной истории (honoris causa; 1943). Читал курсы "Священное Писание Ветхого Завета" и "Догматическое богословие"[9]. В работу экуменического движения включился в 1927 году на Всемирной христианской конференции "Вера и церковное устройство" в Лозанне. До конца 1930-х гг. он принял участие во многих экуменических начинаниях, став одним из влиятельных деятелей и идеологов движения; в 1934 году он совершил большую поездку по США. Наиболее перспективным направлением в экуменической сфере оказалось сотрудничество с Англиканской церковью. В конце 1927 — начале 1928 года прошёл англо-русский религиозный съезд, результатом которого стало учреждение двухстороннего Содружества святого Албания и преподобного Сергия Радонежского.
В 1939 году у Булгакова был обнаружен рак горла. Он перенёс операцию, после которой научился говорить без голосовых связок. Служил ранние литургии в приделе во имя Успения Божией Матери, продолжал читать лекции по догматическому богословию, осуществлять свои пастырские заботы и писать. Хотя начавшаяся Вторая мировая война ограничила Булгакова, он не прекращал работать над новыми сочинениями и совершать богослужения. В 1943 году награждён митрой.
В оккупированном Париже написал труд "Расизм и христианство", развенчивающий идеологию фашизма. Последнюю свою книгу "Апокалипсис Иоанна" закончил незадолго до смерти. В ночь с 5 на 6 июня 1944 года случился удар, после которого он в течение сорока дней пребывал в бессознательном состоянии. Скончался 13 июля 1944 года. Похоронен на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем.
О.Сергий известен своим учением о Софии Премудрости Божьей, которое получило неоднозначные оценки, в частности, было осуждено Московской патриархией в 1935 году, но без обвинения автора в ереси, а также Русской зарубежной церковью — уже как ересь.
А в области политической экономии известны его работы:
"О рынках при капиталистическом производстве" (1897);
"Что такое трудовая ценность" ("Сборник правоведения и общественных знаний", т. VI);
"Классическая школа и историческое направление в политической экономии" ("Новое Слово", окт., 1897);
"К вопросу об эволюции земледелия" ("Начало", I—III, 1899);
Булгаков осуждает основное воззрение политической экономии начала XX века, по которому рост материальных потребностей является коренным принципом нормального экономического развития. Он признаёт экономический прогресс необходимым условием духовного преуспеяния, но предостерегает от наклонности заменять прогресс общечеловеческий и общекультурный одним лишь прогрессом экономическим. Нравственный материализм и духовная буржуазность, погубившие некогда римскую цивилизацию, — болезнь современного европейского общества. Неспособность удовлетвориться нарастанием внешних материальных благ и примириться с укоренившимися формами общественной неправды, стремление к общечеловеческим идеалам, ненасытную потребность сознательной и действенной религиозной веры Булгаков признаёт самыми характерными и самыми счастливыми особенностями русского духа. Это всё крепнущее убеждение его раскрывается во всех его публичных лекциях и в последней статье: "Карлейль и Толстой" ("Новый Путь", декабрь, 1904). Являясь по своим философским убеждениям прямым учеником Владимира Соловьёва, Булгаков, однако, относится критически к его церковно-политической и экономической программе.
Булгаков прошёл длинный путь "от марксизма к идеализму" и с большою искренностью воспроизвёл перед читателями и слушателями все моменты своих философских исканий. В обширной своей диссертации, двухтомнике "Капитализм и земледелие" он поставил под вопрос действие закона концентрации производства в сельском хозяйстве, рассмотрел преимущества мелкого крестьянского хозяйства перед крупным, проанализировал причины устойчивости семейных хозяйств, выступил с распределительной версией источника земельной ренты. Он задался целью показать на истории аграрной эволюции всеобщую приложимость марксовского закона концентрации производства, но, не насилуя своих убеждений, пришёл к выводам прямо противоположным. Экономическая схема Маркса оказалась не соответствующей исторической действительности, а связанная с нею позитивная теория общественного прогресса — не способной питать неискоренимую веру человека в историческое оправдание добра. После безуспешных попыток использовать в интересах марксизма гносеологические заветы Канта, Булгаков остановился на мысли, что прочное обоснование руководящих начал личной и общественной жизни возможно только путём выработки безусловных мерил в вопросах блага, истины и красоты. Позитивная наука своей теорией прогресса хочет поглотить и метафизику, и религиозную веру, но, оставляя нас относительно будущих судеб человечества в полной неизвестности, даёт нам лишь догматическое богословие атеизма. Миропонимание механическое, всё подчиняя фатальной необходимости, в конечной инстанции оказывается покоящимся на вере. Марксизм, как самая яркая разновидность религии прогресса, воодушевлял своих сторонников верой в близкий и закономерный приход обновлённого общественного строя; он был силён не научными, а утопическими своими элементами и Булгаков пришёл к убеждению, что прогресс является не эмпирическим законом исторического развития, а задачей нравственной, абсолютным религиозным долженствованием. Социальная борьба представляется ему не столкновением лишь враждебных классовых интересов, а осуществлением и развитием нравственной идеи. Бытие не может обосновать долженствования; идеал не может вытекать из действительности. Учение о классовом эгоизме и классовой солидарности запечатлено, по убеждению Булгакова, характером поверхностного гедонизма. С нравственной точки зрения борющиеся из-за житейских благ партии вполне равноценны, поскольку ими руководит не религиозный энтузиазм, не искание безусловного и непреходящего смысла жизни, а обыденное себялюбие. Эвдаймонистический идеал прогресса, в качестве масштаба при оценке исторического развития, приводит, по мнению Булгакова, к противонравственным выводам, к признанию страдающих поколений лишь мостом к грядущему блаженству потомков.
Творчество отца Сергия начиналось с публицистики, статей на экономические, культурно-общественные, и религиозно-философские темы. Помимо начального этапа, публицистика выходила на первый план в критические моменты жизни страны: Революция 1905—1907 годов в России, начало первой мировой войны, 1917 г. Целый ряд существенных тем булгаковской мысли остался развит почти исключительно в данной форме: религия и культура, христианство, политика и социализм, задачи общественности, путь русской интеллигенции, проблемы церковной жизни, проблемы искусства… Булгаков не просто участник знаменитых "Вех", но и один из главных выразителей "веховства" как идейного движения, призвавшего интеллигенцию к отрезвлению, отходу от стадной морали, утопизма, оголтелого революционерства в пользу работы духовного осмысления и конструктивной социальной позиции. В этот же период он разрабатывает идеи социалистического христианства, в широком спектре, включающем анализ христианского отношения к экономике и политике (с апологией социализма, постепенно шедшей на убыль), критику марксизма, но равно и буржуазно-капиталистической идеологии, проекты "партии христианской политики", отклики на злобу дня (с позиций христианского либерально-консервативного центризма) и прочее. Особое русло составляет тема России, разрешаемая, вслед за Достоевским и Соловьёвым, на путях христианской историософии. Мысль Булгакова тесно слита с судьбой страны, и, вслед за трагическими перипетиями этой судьбы, его взгляды сильно меняются. Начало первой мировой войны отмечено славянофильскими статьями, полными веры во всемирное призвание и великое будущее державы. Но уже вскоре, в диалогах "На пиру богов" и других текстах революционного периода, судьба России рисуется в ключе апокалиптики и тревожной непредсказуемости, с отказом от всяких рецептов и прогнозов: краткое время Булгаков считал, что католичество лучше православия сумело бы помешать процессам раскола и разложения, подготовившим катастрофу нации (диалоги "У стен Херсониса", 1922, опубл.: "Символ", 1991, № 25). В поздний период занимался созданием христианской экономической теории, в его публицистике остаются, в основном, лишь церковные и религиозно-культурные темы.