• Депутат Мосгордумы Ефим Привалов и его дома на Садовнической

    Депутат Мосгордумы Ефим Привалов и его дома на Садовнической

    Есть в Москве место похожее на Петроградскую сторону Петербурга. Также как там, столетние доходные дома стоят сплошным фасадом вдоль улицы. Кажется, стоит завернуть за угол и откроется широкая панорама Невских островов. Это место - Садовническая улица, дома № 7, 9, 11. Для более полного петербургского впечатления советуем вам посмотреть на эту часть улицы от дома № 20. А если вы завернёте за угол 1-го Раушского переулка, перед вами действительно окажется водная панорама, не такая широкая, как в Питере, зато исторически более значимая: вид на Кремль, Зарядье, Москворецкий мост. Наверное, сходство двух наших столиц здесь, в Замоскворечье, объясняется не только одновременной застройкой улиц в сходных архитектурных формах, но и низким, плоским (и этим родственным Петербургу) рельефом Замоскворечья.

    Средний из названных нами домов, № 9, исторически связан с замоскворецкими купцами Приваловыми. К сожалению, имена этих достойнейших жителей нашего района почти не известны читателям, а между тем Приваловы заслужили благодарную память потомков.

    Собственный, издавна принадлежавший Приваловым одноэтажный дом с мезонином, в котором они жили, ещё недавно стоял на Садовнической набережной под номером 3. Старожилы связывали хозяев особняка с героями знаменитого романа Д. М. Мамина-Сибиряка "Приваловские миллионы", и, показывая на этот дом, говорили: "вот здесь и жил этот Привалов, с которого написан роман". Конечно, это только легенда, возникшая из тождества фамилий.

    КС садовническая, 9 02

    Последний хозяин фамильного особняка Ефим Ермилович Привалов, родился в 1860 году. Купец второй гильдии, потомственный почётный гражданин, он возглавлял Торговый дом "Е. Е. Привалов и сын". Торговый дом занимался производством и продажей разнообразных верёвок, войлока, пакли, рогожи. Товар был предназначен, прежде всего, для строительных работ - в конце XIX - начале XX века войлок широко использовался как утеплитель и шумопоглащающий материал, также широко использовались и рогожи. Пакля служила для заделки щелей при конопачении деревянных срубов. Из-за такой направленности торговли Е. Е. Привалова часто называли торговцем стройматериалами, но, как видите, это не совсем точно.

    Главная контора Е. Е. Привалова находилась поблизости от его дома - на Балчуге, дом № 3. Ещё один адрес, связанный с торговым домом - Москворецкая улица, 14. Возможно, что здесь был Приваловский магазин. Ныне на месте этого дома - эстакада Большого Москворецкого моста, начинающаяся близ собора Василия Блаженного. Адрес склада товара в старых справочниках обозначен как "близ Чугунного моста, свой дом". Следовательно, склад был на Садовнической набережной, 3, во владении Е. Е. Привалова, видимо во дворе, за особняком.

    Нам известно о ещё трёх участках с домами, принадлежавшими Ефиму Ермиловичу Привалову. Это упоминавшееся уже владение № 9 на Садовнической улице и два смежных участка № 34 и 36 на Кадашёвской набережной, угол Б. Ордынки. Сейчас на месте дома № 34 проезжая часть улицы и построенное несколько лет назад офисное здание "Лукойла", дом № 36 стоит до сих пор. В доме № 34 жил сын Е. Е. Привалова Георгий Ефимович, член Торгового дома "Е. Е. Привалов и сын".

    КС САдовническ наб 3 2002

    Как очень часто бывало, Е. Е. Привалов серьёзно занимался общественной деятельностью. В старой царской России в начале XX века активно развивалось гражданское общество, существовало множество общественных организаций. Ефим Ермилович был членом Московской купеческой управы, кандидатом в товарищи (т. е. заместители) гильдейского старосты. Ещё Ефим Ермилович состоял в Московском автомобильном обществе, председателем которого был князь Николай Сергеевич Щербатов.

    В 1909 году Е. Е. Привалов баллотировался в гласные (т. е. депутаты) Московской городской Думы и был избран. Впоследствии он избирался несколько раз и оставался гласным (депутатом) до роспуска Думы большевиками в ноябре 1917 года.

    Но, пожалуй, главной общественной работой, если не сказать, велением души для Е. Е. Привалова было избрание на пост церковного старосты. Он был старостой церкви Георгия, что в Ендове с 1903 года. На это время пришлось и знаменитое, самое большое в Москве наводнение весной 1908 года. Храм был затоплен, фундаменты пришли в негодность, появились трещины в стенах и сводах. Специалисты считали, что церковь спасти не удастся - надо разбирать и стоить заново. Но Е. Е. Привалов, как знаток строительного дела, решил, что не всё потеряно. Был приглашён опытный архитектор, подведены новые фундаменты и частично укреплены старые. В результате принятых мер стены и своды стабилизировались, храм XVII века стоит и сейчас, в XXI веке. Средства на производство строительных работ собирали прихожане под руководством старосты. Сам Ефим Ермилович пожертвовал на восстановление храма несколько тысяч рублей, весь ремонт обошёлся по разным оценкам от 10 до 20 тысяч рублей.

    В анкете, заполненной в 1909 году, мы находим некоторые подробности биографии Ефима Ермиловича. Он получил домашнее образование, его недвижимость оценена в 517.600 рублей.

    КС садовническая, 9 03

    Судьба Е. Е. Привалова после 1917 года нам неизвестна. Его имя появляется в документе только 10 декабря 1920 года. Этот документ - список приговорённой к расстрелу в Ялте "группы солдат, офицеров и чиновников". Тройка под председательством Удриса, членов Агафонова и Тольмаца в этот день приговорила 101 человека. Под № 70 - "Привалов Ефим Ермилович, 1860 г. р., уроженец Москвы, предприниматель". В конце списка - "приговор должен быть приведён в исполнение в течение 24-х часов. Поручить Агафонову". Этот Агафонов - не только исполнитель приговора, член тройки, но и командир отряда ВЧК. Красные войска вошли в Ялту 17 ноября 1920 года и сразу начали террор. Красноармейцы уводили большие группы людей на окраину города, в Багреевку, откуда они больше не возвращались. Как и в других городах Крыма, в Ялте началось систематическое и поголовное физическое истребление пленных солдат и офицеров, интеллигенции, купцов, священников и всех тех, кто своей прошлой жизнью и деятельностью не вписывался в рамки коммунистической идеологии. Не щадили ни врачей, ни сестёр милосердия, ни раненых, вытаскивая их из кроватей госпиталей. Погнали на расстрел и престарелых генералов, и без того еле живых, и стражников, (т. е. рядовых полицейских), охранявших общественный порядок, и канцеляристов, не принимавших участия в братоубийственном безумии. Гонимые могли только догадываться, какая участь их ожидает, но истинных намерений красных не знал никто, поскольку "приговор" во всех случаях объявлялся уже на месте расстрела, после чего отчаянные крики заглушал грохот пулемета. Могли расстрелять только за то, что человек приехал в Крым без разрешения большевицкой власти. Раз приехал самовольно, значит, ехал к белым и потому враг. Так в Ялте оборвалась жизнь Е. Е. Привалова.

    Супруга Ефима Ермиловича, Анна Васильевна, видимо, активно участвовала в делах мужа, занималась и общественной деятельность. Она состояла в Братолюбивом обществе снабжения неимущих квартирами. К 1917 году в обществе состояло 16 почётных и 114 действительных членов, его капитал составлял 2.892.038 рублей 31 копейку (какая точность - до копейки!). Общество располагало 40 благотворительными учреждениями, выдавало денежные пособия. В 1916 году пособие было выдано 415 лицам на сумму 6206 руб. 24 коп. Официальной покровительницей общества была Императрица Мария Фёдоровна.

    В 1919 году после того, как Ефим Ермилович уехал из красной Москвы на белый юг России на освободившуюся должность церковного старосты церкви Георгия, что в Ендове была избрана Анна Васильевна Привалова. Это было трудное время. До октябрьского переворота 1917 года Анна Васильевна была почётным членом приходского попечительства о бедных, оборудовала и четыре года содержала в приходе ясли (закрыты в 1917 году), устраивала храмовые праздники, была хранительницей сложившихся добрых приходских обычаев. В том же 1919 году все церковные и благотворительные капиталы, все церковные дома и постройки были переданы в ведение государства. Отапливать храм было нечем, зимой в нём поддерживалась температура +2-3 С и это считалось хорошо. Анна Васильевна была старостой до 1922 года. Тяжёлые времена, потеря мужа и почти всех детей сказались на её здоровье. Она скончалась 22 декабря 1925 года от рака желудка.

    КС САдовническая 9 проект фасада

    Известен ещё один представитель рода Приваловых, живший в XIX веке. Это Иван Елисеевич Привалов. В 1864-1876 годах, целых 12 лет, он тоже был старостой церкви Георгия, что в Ендове. Из дел Ивана Елисеевича на благо храма известны: устройство воздушного отопления, пристройки папертей, роспись сводов по образцам древних соборов, установка пятиярусного нового иконостаса по образцу Чудова собора и другое. И. Е. Привалов скончался 23 марта 1877 года. Можно предположить, что это был близкий родственник Ефима Ермиловича Привалова, может быть его дед.

    В церкви св. Георгия Приваловых помнят и сегодня, их имена занесены в заупокойный синодик Соловецкого подворья, находящегося в этом храме.

    Однако вернёмся на Садовническую улицу. Владение № 9 было куплено Ефимом Ермиловичем Приваловым с торгов в 1896 году. Владение занимало тогда всю ширину квартала, один его фасад выходил на Садовническую улицу, а другой - на Раушскую набережную Москвы-реки. Разделение участка на два, на северную и южную части, произошло только в 1904 году. Северную, выходящую на реку часть, купили соседи - Общество электрического освещения. На южной, приваловской части, вдоль Садовнической улицы стоял длинный двухэтажный дом 1-й половины XIX века в 18 осей. Это был скромный по отделке, рядовой для классической Москвы дом.

    Незадолго до разделения участка, в 1903 году, Е. Е. Привалов подаёт прошение о разрешении ему надстроить существующий дом на три этажа. При этом от старого дома оставались только капитальные стены. Старые окна закладывались, а новые, большие, пробивались в других местах. Оформление фасада делалось заново. Полностью менялась и планировка. От старого здания не осталось ничего, кроме части капитальных стен первых двух этажей. В результате получился пятиэтажный доходный дом, протяжённый фасад которого разделён двумя эркерами высотой от второго этажа до пятого. В эркерах - лестницы. Чтобы сильнее выделить лестницы и дать на них больше света, применено вертикальное остекление, окна охватывают несколько этажей сразу.

    Первый этаж, как и в старом доме, предназначался под магазины, поэтому в нём - широкие витрины.

    Автор проекта - Эрнст Рихард Нирнзее, в России его предпочитали называть - Эрнст Карлович. Он появился в Москве в конце XIX века, в 1900 году получил свидетельство на право производства работ по гражданской, строительной и дорожной части. Пока Эрнст Карлович Нирнзее неизвестен, построил мало, но он уже автор дома № 9 на Пятницкой, поблизости от Садовников (1902 г.). Может быть, поэтому он приглашён Приваловым? Известность у Нирнзее ещё впереди.

    Двор Приваловского владения в Садовниках оставался пустым, построить там ещё один корпус параллельно уличному Ефим Ермилович сумел только в 1909 году, а прошение о разрешении строительства шестиэтажного дома было подано годом ранее. Для составления проекта был приглашён тот же архитектор Эрнст Карлович Нирнзее. Фасад дворового корпуса выполнен так, как будто он выходит на улицу: рустованная аркада объединяет два нижних этажа и служит основанием (цоколем) для трёх верхних этажей. Шестой, завершающий этаж, решён как аттик, возвышающийся над карнизом. По краю крыши поставлен ряд тумб, соединённых лёгким ограждением. Центр каждой из четырёх частей, на которые делится по горизонтали фасад, акцентирован балконом в третьем этаже. Уравновешенная, нарядная обработка фасада неожиданна во дворе доходного дома. Случаи подобной, качественной архитектуры во дворах встречаются только если двор включён в общую композицию парадных пространств владения. В нашем случае это не так. Обычно хозяин экономит на обработке дворовых фасадов. Во всяком случае, не архитектор решает, быть отделке или нет, ведь платит не он. Следовательно, сложная разработка фасада заказана Е. Е. Приваловым сознательно. Видимо, он хотел сделать свои дома привлекательнее, и это желание возникло не ранее 1903 года, иначе дворовый фасад уличного корпуса тоже был бы украшен.

    Планировка дворового корпуса (ныне это строение № 3) необычна. Во-первых, в доме нет чёрных ходов (чёрных лестниц), встречающихся во всяком приличном доходном доме. Во-вторых, кухни весьма невелики. Про них даже писали, что это не кухни, а слегка расширенный коридор. Надо заметить, что площадь этих расширенных коридоров (кухонь) всё равно значительно превышает площадь кухонь в хрущёвских пятиэтажках. В-третьих, сами квартиры невелики: три-четыре небольшие комнаты, прихожая, кухня, туалет. Ванны в квартирах не предусмотрены.

    Таким образом, планировка в здании очень напоминает ту, что делалась в домах для рабочих 1920-1930-х годов и имеет что-то общее с планировкой пятиэтажек 1960-х годов. Правда, в пятиэтажках были ванны. Зато у Нирнзее 3-4 комнаты образуют в каждой квартире небольшие анфилады, при необходимости двери можно закрыть, и комнаты становятся изолированными. Судя по планировке, квартиры были предназначены для одной семьи каждая. До такой обычной в советское время вещи, как коммуналка, Привалов и Нирнзее не додумались. В подвале для каждой квартиры была предусмотрена своя кладовка.

    Интересно, что Городская Управа не утвердила проект дома, потребовав сделать двери на лестницах перед спуском в подвал и наружные пожарные лестницы. Двери Нирнзее сделал, а о пожарных лестницах отозвался как о неуместных. Так дом и построили.

    К 1913 году Е. Е. Привалов собрал деньги на строительство ещё одного шестиэтажного корпуса во дворе (строение № 2). Естественно, что проект был заказан Э. К. Нирнзее. Этот дом, пожалуй, самый интересный по архитектуре во владении Привалова. Дом можно смело назвать образцом романтизма в доходном строительстве. Опять во дворе тщательно отделывается фасад, но на этот раз вместо эклектичной классики появляется готика. Асимметрия фасада, башенка на углу, стрельчатое окно, вертикальные тонкие украшения из кирпича, в верхней части фасада не только отсылают нас к средневековой Европе, но и напоминают о существовании модерна. Все эти готические детали, сосредоточенные в верхних частях здания, парадоксальным образом вырастают из двух первых этажей. А эти первые этажи - подчёркнуто классические: горизонтальный руст, веерные замки над проёмами. Начиная с третьего этажа вместе с нарастанием "готики" появляются подоконные доски с классическими кубиками-консолями под ними. В доме предусмотрены парадная и чёрная лестницы, лифт, ванны. На каждом этаже по две пятикомнатные квартиры с просторными прихожими и каморками для прислуги около кухонь. В целом этот дом - один из стильных доходных домов, стоящих в ряду лучших, благоустроенных зданий города.

    Во владении Е. Е. Привалова до нас дошли три постройки Эрнста Карловича Нирнзее, которые позволяют увидеть творческую эволюцию зодчего. Если построенный им в 1903 году уличный корпус стоит в ряду многочисленных доходных домов Москвы и Петербурга, ничем не выделяясь, в нём даже почти не используются формы модного тогда модерна, то дворовый корпус, спроектированный в 1908 году, совсем другой. На его фасаде - классическая аркада. Планировка отражает заказ - построить дом для людей не очень большого достатка, но способных снять квартиру из нескольких комнат.

    Корпус 1913 года строит уже опытный и модный архитектор. Здесь нет робости в использовании декора - все детали к месту, их не больше и не меньше, чем необходимо для создания образа благоустроенного дома для достаточно состоятельных людей, разбирающихся в искусстве архитектуры. Наверное, это единственный в Москве двор-музей одного архитектора, знакомящий с этапами его творческого пути.

    Привалов и Нирнзее подходили к застройке владения весьма современно, они использовали и подземное пространство - под двором был склад топлива для всех трёх строений.

    До 1917 года квартиры во владении Е. Е. Привалова снимали представители интеллигенции. В одном из корпусов была стоматологическая клиника Клавдии Андреевны Кузьминой. В связи с началом Первой мировой войны в квартире № 61 (нумерация старая) 19 ноября 1914 года был открыт Второй приходской лазарет на 15 воинов, устроенный приходом церкви Георгия в Ендове. Первый лазарет прихожане открыли ещё 6 сентября на 12 раненых. Он располагался в церковно-приходской школе около храма.

    Врач обоих лазаретов - отоларинголог, житель дома № 9 Иосиф Ефимович Неймарк. В лазаретах он работал безвозмездно несколько лет, до их закрытия. Приход собирал на содержание лазаретов около 800 рублей в год. Среди других жителей владения инженеры-механики Зинаида Борисовна и Николай Самуилович Абельман, присяжный поверенный Виктор Алексеевич Абросимов...

    Особый интерес представляет квартира № 56 (по современной нумерации № 45) в первом этаже строения № 3, во дворе. Здесь с 1914 года до 1916 размещалась редакция литературно-художественного журнала "Млечный путь". Журнал издавал Алексей Михайлович Чернышов, поэт, брат известного художника, специалиста по теории и технике монументальной живописи Николая Михайловича Чернышова.

    Алексей Михайлович вкладывал в журнал все свои средства, его брат Николай делал рисунки к изданию. Задача журнала, как заявляла редакция - дать публике журнал искусства про художественные течения современности в литературе, живописи, графике. Сравнительно небольшая цена (10-15 копеек за номер) делала журнал доступным для широких кругов читателей. В нём печатались поэты из народа Ф. Шкулёв (автор текста знаменитой песни "Мы кузнецы"), С. Дрожжин, Н. Ливкин, Ив. Репин. Из более известных авторов - Сергей Есенин, Игорь Северянин, Борис Пильняк, А. С. Новиков-Прибой. В художественном отделе сотрудничали художники Виктор Барт, Николай Тырса, Степан Эрьзя, которого называли "Русский Роден".

    По субботам редакция устраивала творческие вечера, на которых бывали многие писатели, художники, поэты. Читал свои стихи С. Есенин. В этой же квартире, где разместилась редакция "Млечного пути", числился и Суриковский литературно-музыкальный кружок, названный в честь поэта из народа Ивана Захаровича Сурикова.

    После 1917 года во владении № 9 было образовано жилищное товарищество рабочих и служащих соседней электростанции, которую переименовали в 1-ю МГЭС им. товарища Смидовича. Сейчас жителей почти не осталось, здания готовят к сносу. Поспешите сходить на Садовническую - посмотреть на подлинные дома начала XX века, сохраняющие память и о купце Е. Е. Привалове, и об архитекторе Э. К. Нирнзее, и о посетителях суббот "Млечного пути".

    Александр Фролов

    К сожалению, нам не удалось найти портретов Ефима Ермиловича и Анны Васильевны Приваловых. Живут ли в Москве их родственники или потомки - неизвестно. Уважаемые читатели, если вам знакомы потомки купцов Приваловых, попросите их позвонить в редакцию "Вестника Замоскворечья" или позвоните нам сами. Если у вас есть фотографии Приваловых и их родственников, редакция будет вам очень благодарна за возможность сделать с них копии.

    На фото:

    Особняк Приваловых. Садовническая наб., 3. Фото 2002 г.

    Э. К. Нирнзее. Чертёж фасада строения № 2. 1913 г. Публикуется впервые

    Восточная часть фасада строения № 3. 2008 г.

    Ответить Подписаться
Газета зарегистрирована в Московском региональном управлении Роскомпечати. Свидетельство № А-349. Распространяется по району Замоскворечье (жилые дома, предприятия, организации) с 1993 г. Периодичность - 1 раз в месяц. Тираж 16200 экз.
© 1999-2014 "Вестник Замоскворечья". 115093, г. Москва, ул. Б. Серпуховская, д. 40, стр. 2. Тел. (495) 943-03-81, (910) 424-56-71.