• Материалы номера. № 8 / 2002 г. Герой России из Замоскворечья

    2002 г. Герой России из Замоскворечья
    В грозном 1941-м имя генерал-майора Данилова было известно всей стране. В дни, когда под напором врага наши войска отступали, желанные сводки об успехах даже отдельных подразделений, частей и соединений Красной Армии не позволяли горечи и разочарованию, охватившим фронт и тыл, перерасти во всеобщее уныние и панику. В числе умело воюющих часто упоминались даниловцы, которые в столь сложной обстановке не только удачно оборонялись, но и наступали.

    19 сентября 1941 года "Правда" в статье "Двадцать суток в боях" писала о том, что путь 280-й стрелковой дивизии под командованием генерала Данилова "усеян свежими могилами фашистов". Фронтовые спецкоры газеты Л. Митлицкий и М. Сиволобов видели на этом пути десятки немецких сгоревших пятитонных грузовиков, брошенные противотанковые пушки, цистерны с неиспользованным горючим, походную солдатскую утварь, простреленные каски, бидоны с недопитым вином. Радовали, окрыляли сердца миллионов людей такие строки: "Двадцать суток ведет непрерывные и жестокие бои дивизия тов. Данилова. Двадцать суток она пробивается все вперед и вперед, отвоевывая в ожесточенных боях населенные пункты, укрепленные рубежи. И за все это время дивизия ни разу не повернула вспять, врагу ни разу не удалось поколебать ее наступательный порыв… "

    Неделю спустя другая газета, "Красная Звезда", тоже рассказала о славных делах бойцов-даниловцев под командованием подполковника Груздова. Они наголову разгромили отборную германскую часть с устрашающим названием "Волчий полк", победным маршем прошагавшую по Европе. Эти элитные вояки фюрера отличались особой жестокостью. "Из багажника серой вместительной машины штаба "Волчьего полка" помимо важных документов и карт были извлечены на свет божий награбленные белорусские вышивки, домотканные рубахи, украинские полотенца, женские чепцы, детские трусики - сообщала "Красная Звезда" о грабителях-убийцах - Пухлый альбом с фотографиями валялся в грязи. Владелец альбома - командир "Волчьего полка" - запечатлел свою жизнь садиста в 290 фотографиях… Открывался альбом жирной надписью: "Так мы живем". На фотографиях - виселицы, трупы замученных голландцев, сербов, греков. И под каждым фото - короткая запись: где, когда это сделано".

    Столкновение не на жизнь, а на смерть со столь жестоким врагом генерал Данилов в письмах к жене называл "горячими днями" и "делом". О том, насколько это "горячо" и насколько "дело" - важное и серьезное, его верная подруга могла судить лишь по коротким, но емким фразам. Так кто же он, этот несгибаемый человек, для которого фронтовые невзгоды и лишения оказались лишь тренировкой воли и мужества перед дальнейшим, куда как более тяжелым испытанием нацистскими тюремными застенками и бараками концлагерей?

    Сергей Евлампиевич Данилов родился в 1895 году в деревне Нечаевка Ильинского района Ивановской области. Семья жила бедно. Так как хлеба своего хватало на осень да половину зимы, отец дома бывал редко и в числе многих "отходников" из сел и деревень зарабатывал на стороне, в городах. Однажды, уезжая на отхожий промысел в Москву, он прихватил с собой двенадцатилетнего Сережу. Так и началась у того с той поры трудовая жизнь. Хотя работать приходилось по 12 и более часов в сутки, мальчишка много читал. Особенно увлекался книгами о Суворове, Кутузове и других полководцах. Возможно, сыновья страсть не позволила отцу полностью оторвать смышленого подростка от учебы, и Сережа сумел закончить реальное училище.

    В 1914 году началась Первая Мировая, которую в то время называли Второй Отечественной. Сережа стремится защищать Родину, его зачисляют в юнкерское училище, но здесь он пробыл недолго: в том же 1914-м девятнадцатилетний юноша в числе добровольцев отправился на фронт. За отчаянную смелость он был удостоен младшего офицерского звания - прапорщик.

    В гражданскую войну Сергей воевал на стороне красных, командуя ротой. За личную храбрость и боевые успехи подразделения он был удостоен высшей воинской награды республики - ордена Красного Знамени. Был дважды тяжело ранен, а к концу гражданской заболел тифом. После выздоровления командовал ротой 18-й стрелковой дивизии в Ярославле, затем батальоном 53-го стрелкового полка той же дивизии (но уже в Рыбинске). Окончил Военную академию РККА им.М. В. Фрунзе и служил в штабе Московского военного округа. С 1934 года - начальник учебной части военного факультета Инженерно-технической академии связи им. Подбельского. Потом - начальник кафедры Военной академии им. Фрунзе.

    Одновременно преподавал общую тактику в Военной академии Генерального штаба, где близко познакомился с известным военным инженером Дмитрием Михайловичем Карбышевым

    В январе 1939 г.С. Е. Данилова назначили начальником спецгруппы при Военном совете Московского военного округа, поручив формирование на базе 97-го стрелкового полка 137-й стрелковой дивизии.

    Великую Отечественную Данилов встретил командиром новой формирующийся в Гороховецких лагерях 280-й стрелковой дивизии, которая приняла участие в тяжелейших боях на Западном фронте.

    Судьба 280-й дивизии насколько героическая, настолько и трагическая. В сентябре 1941-го вырвавшуюся далеко вперед дивизию, значительно ослабленную в непрерывных трехнедельных боях, немцы обошли с флангов и "взяли в мешок".

    2002 г. Герой России из Замоскворечья
    Рассказывает бывший помкомвзвода разведроты 280-й дивизии Евгений Иванович Пихтовников о бое за придеснянскую деревню Святая: Разведка донесла, что именно в этой деревне, занятой врагом, находится мост, по которому пробивавшаяся из окружения дивизия сможет переправиться через реку.

    Перед рассветом, еще затемно, наша пехота подобралась к деревенской околице на расстояние километра, а прикрывавшая ее артиллерия заняла удобные позиции несколько позади. Артогонь оказался внезапным и метким. Выбегавшие со сна из загоревшихся домов фашисты не сумели наладить оборону и отбить атаку наших стрелков. Кто уцелел, в панике бежал. Сопротивление оказывали лишь прятавшиеся на деревьях и в скирдах соломы снайперы. От их метких пуль погибло немало бойцов и командиров. Но вскоре покончили и с ними. От штаба какой-то немецкой дивизии, располагавшейся, как оказалось впоследствии, в деревне, остались несколько пленных да множество трупов, лошади, повозки, штабное имущество, документы. Главное, что уцелел мост, по которому, следуя приказу генерала Данилова, тут же началась переправа.

    Мост был слабый, построенный, видимо, на скорую руку самими немцами, с узким проездом в одну повозку. А тут еще с противоположного обрывистого берега начался фланговый обстрел переправы, с каждым часом все усиливавшийся. Когда заухали вражеские минометы, на мосту образовалась пробка, поднялись шум и неразбериха.

    Даниловцы, залегшие в низине, в лугах, вели ответную стрельбу из винтовок, автоматов, ручных и станковых пулеметов. Они-то и заметили, как в решающий момент к мосту по скошенному лугу, где по-пластунски, где короткими перебежками пробирается наш командир дивизии! Он говорит - ничего-ничего, поддайте им жару как следует, а то видите, какой они нам создали беспорядок на переправе. По команде комдива мы усилили огонь. Генерал лежит со мной, наблюдая в бинокль, а потом говорит мне: "ну как, жарко, товарищ помкомвзвода? " Я говорю: "жарковато, товарищ генерал". Он говорит: "ничего, все будет хорошо, вот только реку Десну форсируем и там соединимся с соседней дивизией". После этой короткой передышки и разговора со мной он короткими перебежками начал пробираться к мосту, до которого было уже не так далеко. Мы думали, что командир дивизии где-то в тылу, а он рядом с нами, на поле боя. После этого разговора с комдивом ровно сил у меня прибавилось и настроение поднялось. Вот это настоящий командир, который не страшится ни пуль, ни снарядов, обсуждали мы между собой.

    Не получив ни отдыха, ни пополнения, ни боеприпасов, ни поддержки соседей, соединение к концу сентября выходило из окружения с непрерывными боями, но организованно. Оружием и боеприпасами зачастую пополнялись за счет разгромленных вражеских подразделений. Вдохновляло бойцов дивизии умелое руководство со стороны их несгибаемого командира. Он продолжал показывать личный пример подчиненным даже тогда, когда был тяжело ранен в обе ноги и остался один из командования дивизии (до сего дня не известно, что заставило покинуть боевые порядки комиссара соединения Мельникова, начальника штаба Мерзлякова, начальника политотдела Когана). Тяжелораненый генерал Данилов в последний раз собрал совещание. Он сказал: "Дорогие мои боевые друзья, мы с вами крепко дрались с фашистами не на жизнь, а на смерть, отдавали все свои силы и умение, выполняя воинский долг перед матерью-Родиной. Но вот сейчас, в данную минуту, наше положение окончательно безвыходное, мы можем бесцельно погибнуть, не дав никакой пользы Родине. Передайте всем бойцам и командирам, пусть они разбиваются на мелкие группы по 5-7 человек и с оружием в руках пробиваются к своим".

    Самого же генерала Данилова вынесли на руках в безопасное место и поместили к надежным людям при больнице близлежащего поселка. И все же нашлись негодяи, которые выдали комдива оккупантам. Случилось это именно тогда, когда он сумел установить связь с партизанами.

    Но и тюремные застенки не сломили боевого духа генерала. Он продолжал сопротивление, возглавляя подполье и вселяя уверенность в победу в сердца других узников.

    В первом же лагере военнопленных Сергей Евлампиевич, еще не оправившись от ран, организовал побег большой группы бойцов и командиров. Не отчаялся и после неудачи.

    Гитлеровские палачи пытались подавить его волю. Цитадель в Бобруйске, лагерь в Молодечно, Нюрнбергская тюрьма, Флёссенбургский секретный лагерь для особо опасных нацизму антифашистов не сломили дух генерала. С незаживающими ранами, страдающий тяжелой формой язвенной болезни, он до конца вдохновлял и сплачивал вокруг себя людей, так велика была воля патриота к жизни, к борьбе за свободу Родины. Об этом свидетельствуют многочисленные воспоминания узников концлагерей: майора Роберта Рудольфовича Эрусте, полковника Николая Ивановича Митрофанова, подполковника Дмитрия Тимофеевича Котка.

    Во Флёссенбурге генерал-майор Данилов встретился с генерал-лейтенантом Карбышевым. Давние сослуживцы сумели обменяться короткими фразами, поддержать друг друга, что было так важно для обоих в столь тяжелые времена. Они оба приняли мученическую смерть.

    В конце февраля 1944 года поступил приказ Гиммлера уничтожить генерала Данилова с особой жестокостью, чтобы не только обезглавить подполье, но и укротить дух сопротивления узников. Его до смерти забили палками, и он скончался, не приходя в сознание 1 марта 1944 года. На утренней поверке старший 5-го блока - из немцев-уголовников - на русском языке выкрикнул: "Смирно! Шапки долой! Сегодня ночью умер ваш русский генерал Данилов! " До двух тысяч человек стояли в траурном молчании в течение 5 минут, отдавая долг погибшему. Велик был его авторитет, если даже старый бандит-немец не спал всю ночь, чтобы выучить на русском языке поминальное объявление, за которое он сам мог быть повешен. ***

    2002 г. Герой России из Замоскворечья
    В Замоскворечье, в доме № 51 по Садовнической улице не осталось, наверное, никого, кто помнит генерала Данилова, но очень много ветеранов и людей среднего поколения знали его жену и боевую подругу Глафиру Константиновну Данилову. Она родилась в 1902 году в Ярославле в семье рабочего. Ей тоже с юных лет пришлось зарабатывать на хлеб. В Замоскворечье семья генерала поселилась в сентябре 1939 г. когда комбрига Данилова назначили в штаб МВО.

    Справка от 17.08.1942 г., выданная Кировским райвоенкоматом, удостоверяет в том, что Данилова Г.К. является представителем Совета жен командного состава при районном военном комиссариате и организатором культурно-массовых мероприятий среди семей военнослужащих района. Иной документ, от 11 июня 1943 г., свидетельствует о том, что она "действительно является начальником группы самозащиты по домам №№ 51 и 62 по ул. Осипенко". А "дневники дежурства" по госпиталю (стандартные, с гербовой печатью и подписями) подтверждают, что жена генерала в эти годы через двое суток на третьи "хорошо и отлично" (оценки ставились за каждое дежурство) справлялась с обязанностями санитарки и медсестры в перевязочной операционной. В эти же годы ей прекратили выдачу аттестата на попавшего в плен мужа, и она зарабатывала на жизнь вышивками и шитьем. В сложных материальных и моральных условиях она оставалась патриотом Отчизны. Неоднократно сдавала кровь раненым и отчисляла в Фонд обороны немалые для своего положения средства. Являясь членом ОСОАВИАХИМа, своей активностью, доходчивой патриотической пропагандой она вовлекла большое число жен командиров и просто замоскворецких домохозяек в эти организации.

    Большую работу проводила вдова генерала в послевоенные годы, установив тесный контакт и переписку с бывшими узниками концлагерей, с десятками школ, поисковых отрядов, с сотнями корреспондентов. И все это не для себя - для людей, и люди откликались на ее подвижничество. Сердечные послания ей - из Актюбинска, Нижнего Новгорода, Ярославля, Тарусы, Тверской области и других мест, да и гости в ее дом со всех концов страны. 28 августа 1987 г. она скончалась.

    Память о генерале Данилове и о его супруге сохранится навечно в наших сердцах.

    По материалам, предоставленным полковником в отставке, членом военно-исторического и военно-научного обществ Леонидом Далецким

    Героизм, проявленный в боях с в 1941-го года, мужество в нацистских застенках, мученическая смерть, все это привело исследователя жизни генерала Данилова Л.П. Далецкого к выводу, что он достоин высшей награды Родины - звания Героя Российской Федерации. Газета "Вестник Замоскворечья" берет на себя инициативу по обращения с соответствующей просьбой к Президенту России.

    На фото:
    С.Е. Данилов перед Великой Отечественной;
    1914 г. С.Е. Данилов в повседневной и парадной юнкерской форме.

    Ответить Подписаться
Газета зарегистрирована в Московском региональном управлении Роскомпечати. Свидетельство № А-349. Распространяется по району Замоскворечье (жилые дома, предприятия, организации) с 1993 г. Периодичность - 1 раз в месяц. Тираж 16200 экз.
© 1999-2014 "Вестник Замоскворечья". 115093, г. Москва, ул. Б. Серпуховская, д. 40, стр. 2. Тел. (495) 943-03-81, (910) 424-56-71.